Сегодня: Понедельник, 18 декабря
Поставить закладку  |  Сделать стартовой
НАШЕ ВРЕМЯ - Еженедельная общественная газета
НАШЕ ВРЕМЯ - номер в лицах:
Юницкий (3)
Первая еженедельная аналитическая газета Оглавление номера 214 от 04-04 октября
Карта сайта |  Редакция  |  Реклама  |  Архив  |  Запасники  |  Опросы  |  sitemap

ТЕМА НОМЕРА

ЛИЧНЫЙ ОПЫТ

УМНЫМ

ПОДРОБНОСТИ

ЧТО БУДЕТ

АВТОЛЮБИТЕЛЬ

25-Я ПОЛОСА: ИНТЕРНЕТ

НА ПРАВАХ РЕКЛАМЫ

Люди и Игры

ТЕХНОЛОГИИ БИЗНЕСА

ОНЛАЙН ИГРЫ

КРИПТОВАЛЮТА: БИТКОИН И ДРУГИЕ

SkyWay - струнный транспорт

Что наша жизнь - игра!

НАШЕ ВРЕМЯ по авторам:
поиск по сайту:


GAZETANV
Архив номеров:
№213 от 05 февраля
История транспорта от колеса до наших дней

№212 от 21 октября
SkyWay - наступает эпоха струнного транспорта

  Весь архив
НАШЕ ВРЕМЯ в интернете:
RSS трансляции
http://www.gazetanv.ru/rss.xml

 


ГЛАВНАЯ АРХИВ НОМЕРОВ №110 МИФЫ ОБ АМЕРИКЕ
Подкрадываясь к демократии
«Массы людей - рабы по своей природе, и, когда их освобождают, то оказывается, что они лишены интеллектуальных и моральных стимулов, необходимых для принятия ответственности за свои поступки» - говорил Аристотель.

Американский журналист-политолог начала 20-го века Уолтер Липпман, повторяя Аристотеля, в своей основной работе, признанной вершиной американской политической мысли, писал: «Широкие массы не в состоянии ни понять общественные проблемы, ни решать стоящие перед обществом задачи. Проблемы общества могут поняты и решены только ее элитой».

Гитлер в Main Kampf другими словами говорил тоже, что и Липпман - массы не обладают способностью видеть мир во всей его сложности и не интересуются ничем, что не входит в круг их повседневных интересов. Поведение масс определяется не знанием и не разумом, а чувствами и бессознательными порывами.

Евгений Замятин в романе «Мы», сформулировал ту же идею власти в терминах большевизма: «Если они (массы) не поймут, что мы несем им математически безошибочное счастье, наш долг заставить их быть счастливыми».

Общество во все времена стояло перед дилеммой свободы и эффективного управления массами. Власть народа всегда превращалось во власть стихии плебса – в анархию, в которой погиб Древний Рим, и захлебнулась в крови Французская Революция.

Порядок для общества необходим, без него отношения между людьми и социальными классами превращаются в хаос столкновения многих сил. Авторитарные и тоталитарные режимы создавали порядок силой. Не в состоянии решить экономические проблемы, в условиях широко распространенной нищеты, они просто лишали своих граждан прав на свободное волеизъявление.

Демократия, в отличии от авторитарных и тоталитарных режимов, использует систему общественного договора, при котором каждый, за свои экономические интересы, готов пожертвовать частью своих свобод как индивида и гражданина и добровольно передать власть в руки «избранных».

Демократические общества появились в 19-ом веке, веке развития капиталистической системы, когда демократия стала необходимостью, без нее нельзя было реализовать экономические задачи, они могли быть выполнены лишь в условиях свободного индивидуального предпринимательства, т.е. свободы экономики, требующей признания индивидуальных прав граждан.

В рыночной экономике все должно покупаться и продаваться, в том числе и сама демократия, поэтому кандидат во власть выставляется на аукцион и покупателем становится тот, кто больше даст. На выборах избиратель «покупает» подходящего кандидата, в надежде на то что «избранный» выполнит свои предвыборные обещания. Но в практике политической жизни предвыборные обещания никогда не выполняются, так как реальным покупателем являются не массы избирателей, дающие кандидатам средства на проведение избирательной кампании, а те силы, которым принадлежит экономика страны. На политическом аукционе не массы избирателей покупают кандидата, кандидата покупают те, кто дает наиболее высокую ставку. Естественно, что кандидат, получив власть из рук экономической элиты, следует воле тех, кто его купил. Это и есть истинная демократия свободного рынка.

Для того чтобы механизмы воплощения решений, принятых политической и экономической номенклатурой, были эффективны, иллюзия участия масс в спектакле демократических выборов должна быть достаточно убедительной.

Вильям Пэнн, лидер общины квакеров 18 века, создавший штат, носящий его имя, Пенсильванию: «Дайте возможность людям думать, что они правят, и тогда они будут управляемы». После выборов избиратели могут лишь наблюдать за тем что происходит, изменить они уже ничего не могут. Наглядный пример - второй срок президента Буша. общественное мнение оценивало Буша как самого некомпетентного лидера в истории США ХХ века. Большая часть населения, 75% избирателей, требовала изменений государственной политики, Все средства массовой информации показывали неприятие страной курса правительства, но общественное мнение не обладает силой. Сила у реальной власти - государства, слившегося с системой крупнейших корпораций.

В теории, демократия предполагает равное политическое представительство различных групп населения в управлении обществом, и постоянный переход власти из рук одних групп населения в другие. На практике, власть концентрируется в процессе войны за привилегии внутри элитарного круга и постоянно обновляется наиболее агрессивными представителями низших классов.

Америка имеет двухпартийную систему, и, теоретически, власть переходит от одной партии к другой, но реальная власть в стране принадлежит Большому бизнесу, и республиканцы и демократы - это одна партия, партия бизнеса с двумя фракциями, представляющими его интересы в различных секторах экономики.

Как говорил, в период Американской Революции, Dжон Джэй – президент Континентального Конгресса и глава первого состава Верховного суда: «Те, кто владеет богатством страны, должны ею руководить». (The people who own the country ought to govern it.). Эта формула власти в любых политических системах во все времена.

Правда, цинизм Джона Джея не был характерен для первых лидеров страны, отцы-основатели США видели в государстве главную опасность для свободы общества, власть должна быть подчинена интересам большинства.

Джордж Вашингтон, в подтверждение своего недоверия к власти, часто цитировал одного из отцов церкви, Аврелия Августина: «Что представляют собой государства, как не большие разбойничьи шайки. И сами разбойничьи шайки, не являются ли они государствами в миниатюре».

Разбойничьи шайки собирали временную добычу, и не заботились ни о своем будущим, ни о будущем ограбленных. Но, построив свои крепости, и создав постоянную базу власти над окрестным населением, они переходили на систему грабежа постоянного, требовавшего более долгосрочной политики, которая воплощалась в форме оброков. И, наконец, когда какая-либо из бандитских шаек, уничтожив или подчинив себе другие, создавала государство, грабеж принимал законодательные формы, получал моральное обоснование и освящался церковью, получавшей свою долю власти и добычи - «церковную десятину». Формы грабежа менялись, но основа государственной власти, как насилия небольшой, но наиболее активной группы населения над основной массой, оставалась неизменной.

Недоверие к власти было характерным почти для всех отцов-основателей американского государства, но наиболее точно было сформулировано Томасом Джефферсоном, написавшим Декларацию Независимости: «Государство – это не нечто абстрактное, это конкретные люди, обыкновенные люди, вовсе не семи пядей во лбу, которым большинство граждан доверило право руководить страной. Если говорить о власти, давайте не будем говорить о вере к нее. Надо заковать власть в цепи Конституции, чтобы она не принесла слишком много вреда».

В условиях фермерской Америки, какой она была в период создания США, государство было слабым не столько в результате ограничений возможностей власти Конституцией, сколько потому, что на необъятной территории нового континента государство не обладало реальным контролем над индивидуальной инициативой миллионов, не принимавших никаких законов, кроме закона выживания в условиях дикой природы.

В последующий период, когда основное население страны составляли не только фермеры, но и работники мануфактур, и торговцы, соединявшие производителя с покупателем, а бюрократизация, вторжение государства во все сферы общественной жизни только начиналось, непосредственные отношения между всеми участниками общественных процессов еще сохранялись, что предоставляло свободу решений и действий большинству.

Недаром Алекс Токвиль в первой трети 19-го века говорил об американской рыночной демократии этого времени, как о самоуправляющемся обществе: «Когда вы вступаете на американскую землю, вы оказываетесь в центре буйствующей толпы. Тысячи голосов слышны одновременно и каждый заявляет о своих правах. Это звуки общества, которое управляет собой само, без вмешательства государства».

В течении почти двух столетий, пока Америка была страной фермеров и мелких мануфактур, государство не обладало реальной властью. Условия американской жизни того времени давали свободу «буйствующей толпе», тем не менее, один из отцов-основателей, Мэдисон, понимал опасность, которую представляет это буйное стадо для сформировавшейся к тому времени экономической элиты: «Основная ответственность правительства защита состоятельного меньшинства от большинства...(и так как) те, кто будет добывать средства жизни своим трудом, будут тайно надеяться на равное распределение благ. Необходима политическая и экономическая власть, которая будет гарантировать сохранение статус-кво, гарантировать, что богатства никогда не перейдут в руки тех, кто мечтает о равном распределении благ».

Мэдисон был человеком эпохи, которая верила в мудрого государя и в просвещенную, озабоченную благополучием народа элиту, управляющую страной для всенародного блага. Но, наблюдая трансформацию элиты в условиях свободной экономики, Мэдисон, в конце своей жизни, пришел к другому взгляду на состоятельное меньшинство: «Они, безнаказанно нарушая законы, обкрадывают население, запускают руки в общественные доходы и держат правительство в постоянном страхе, угрожая переворотом и сменой всего руководства в случае неподчинения их интересам».

Дилемма, обозначенная Мэдисоном, - с одной стороны общество, в процессе своего усложнения, не может выжить без централизованной власти государства, с другой, государство вынуждено подчиняться тем силам, которые создают экономическую базу и используют государственные, общественные средства и рычаги власти в своих целях.

«Общество, которое управляет само по себе» могло существовать во времена Токвиля, так как было в своей экономической структуре простым и ясным – производи и продавай, но, с развитием индустрии, как фермеры, так и мелкие индивидуальные предприниматели, которых Токвиль называл «толпой диктаторов», должны были подчиниться диктату тех, кто сумел захватить средства производства, и большинство «диктаторов» пошли к станку, на фабрики и заводы.

С ростом индустрии индивидуальное предпринимательство начало уступать организациям, так как только большие организации могли строить железные дороги, новые города и обеспечивать массу населения всем необходимым. Только корпорации, благодаря концентрации капитала, могли создавать индустриальную основу массового производства. Постепенно в их руках оказались все рычаги власти, экономической и политической.

Как говорит герой Горького, Яков Маякин, в пьесе «Фома Гордеев»: «Уж коли настало такое время, что всякий шибздик полагает про себя, будто он все может и сотворен для полного распоряжения жизнью, - дать ему стервецу свободу. Попыжится он день –другой, потопорщится во все стороны, и вскорости ослабнет, бедненький! Сердцевина-то гнилая в нем.. Тут-то его, голубчика, и поймают настоящие, достойные люди, те настоящие люди, которые могут действительно штатскими хозяевами жизни быть..».

«Штатскими хозяевами жизни» стали корпорации, и, хотя поле деятельности для индивидуального предпринимательства всегда сохранялось, оно отодвигалось на дальнюю периферию экономической жизни, в которой можно было заработать на жизнь, но доступ к наиболее прибыльным формам экономики был только у корпораций. Тем не менее, иллюзия власти большинства в экономической и политической жизни сохранялась, и ее, эту иллюзию, тщательно поддерживали те, в чьих руках сконцентрировалась реальная власть над жизнью общества.

В течении многих десятилетий в США выполняются тысячи социологических исследований в попытке понять всю сложность общественных процессов. Но исследований, показывающих механизм того, как богатые становятся богатыми, почему они обладают властью, и почему бедные остаются бедными, и не имеют власти, не существует.

Частичным ответом на этот вопрос может быть закономерность связи между продуктивностью труда и уровнем распределения богатств. Чем большим богатством владеет элита, тем большей властью над обществом она обладает. С повышением производительности труда доходы элиты увеличиваются, и концентрация богатства наверху социальной пирамиды дает ей еще большую власть над обществом.

То, что большая часть результатов повышения производительности труда достается управляющему классу – экономической номенклатуре, подтверждается статистикой. Количество миллионеров сегодня несравнимо больше, чем 100 лет назад, тогда их было всего 400, Fortune 400 - удачливые 400. К 2004 году количество обладателей миллионных состояний - 3 миллиона, эта группа составляет 1% населения и контролирует 45 % всего богатства страны.

Тем не менее, богатства распределяются намного шире, чем во всех предыдущих социальных формациях. Наверх поднимается все большее количество людей, что создает видимость справедливого распределения доходов, укрепляет систему поддержки существующего статус-кво, но обладание достаточно высоким экономическим статусом значительной части населения вовсе не предполагает их влияния на государственную политику.

Реальной властью обладают лишь несколько десятков тысяч человек, связанных между собой сложной сетью экономических, политических, культурных и семейных интересов. Это те, кто имеет значительное влияние в государственном аппарате, индустрии, торговле, финансах, военно-промышленном комплексе, средствах массовой информации, медицине и образовании.

Окончание следует

Автор - выпускник Колумбийского университета, M.A in Cross-Cultural Understanding, M. E. in Information Processing. Руководил различными программами культурной адаптации русских иммигрантов в США в течении десяти лет. Проводит экскурсии по США и Канаде в течении 15 лет, написал несколько путеводителей по США и Канаде. Сейчас он готовит новую книгу – об американской мифологии.
   
стр.9 // ГОФМАН Михель
Полное оглавление номера


ГОЛОСОВАНИЕ
Кто главнее?
Путин
Вот этого-то я и не могу понять...
Ответ - в Конституции
Медведев
посмотреть результаты
НАШИ ПАРТНЕРЫ

|

Взгляд из Америки: очаги терактов по-прежнему имеют северокавказскую прописку
В докладе американского госдепартамента о распространении терроризма в мире в 2011 году, который ежегодно направляется в конгресс США, указывается на то, что очаг террористической опасности в России по-прежнему концентрируется на Северном Кавказе.

Атеисты и верующие – актуальное противостояние ХХI века
Закон, предполагающий уголовную ответственность за оскорбление чувств верующих и осквернение святынь, был внесен в Госдуму.

Казахстан: войска стреляют в мирных людей
Сегодня более 3000 человек собрались на мирный митинг на главной площади города в центре Жанаозеня.

Долг платежом красен
Конфликт с российским дипломатом произошел в провинции Конфликт с российским дипломатомв Китае. К нему применили насилие и задержали в одном из офисов во время оказания помощи двум российским гражданам. Последних, в свою очередь, из того же офиса уже пять дней не отпускают китайские партнеры.

Слушается дело об убийстве Свиридова
В Мосгорсуде слушается дело шести уроженцев Северного Кавказа, которые в ночь на 6 декабря затеяли на улице потасовку, в результате которой был убит болельщик московского «Спартака» Егор Свиридов.

Юрий Кукин
У каждого поколения должны быть свои герои. Это, конечно, громко сказано. Тем более, когда при упоминании таковых, в первую очередь, возникает специфический голос, нехитрых несколько аккордов под гитару и удивительное человеческое обаяние. Сразу вспоминается дурацкое: «Хороший парень – это не профессия».

Премия Леонида Вышеславского – А. Зараховичу и Г. Фальковичу.
В Киеве состоялось пятое по счету вручение уникальной поэтической премии имени Леонида Николаевича Вышеславского «Планета поэта» (русская и украинская номинации). Л.Н. Вышеславский – личность легендарная, человек, которому Григорий Петников в 1963 году передал звание «Председатель земного шара».


Издательский дом "Наше время" © Издательский дом "Наше время"
Все права защищены
(495) 951-39-05
Правовая информация об ограничениях | sitemap | Статьи